Дмитровский экскаваторный завод

В скором времени Дмитровский экскаваторный завод отметит свое 120-летие. Он является одним из старейших машиностроительных заводов Подмосковья и самым старейшим из действующих предприятий на Дмитровской земле. За свою более чем вековую историю завод не раз менял название - завод Галкина, Механический завод, Дмитровский экскаваторный опытно-экспериментальный механический завод, Дмитровский экскаваторный завод и т.д.

Некогда флагман советской машиностроительной индустрии, один из пионеров производства отечественных траншейных экскаваторов ныне переживает не самые лучшие времена: в 10 раз по сравнению с советским периодом сократился объем производства экскаваторов, во столько же раз уменьшилось количество работающих на предприятии - с 3000 до 300, цеха полупусты, некоторые сданы в аренду, заброшен испытательный полигон в деревне Непейно. Нынешний правовой статус предприятия - Филиал Федерального государственного унитарного предприятия "Главное военно-строительное управление № 12" - также не добавляет ясности и определенности перспективам его существования и развития.

Именно поэтому стоит оглянуться назад и, хотя бы вкратце, напомнить многолетнюю историю этого, без преувеличения, прославленного завода.

В самом начале

Основные цеха завода располагаются на высоком холме справа от дороги из Дмитрова в село Внуково. Издавна это холм назывался "Поклонной горой", по-видимому, из-за соседства со стоявшей с XVII века шатровой церковью тогдашнего сельца Орехово. В конце ХIХ века эта северо-восточная окраина Дмитрова представляла собой выгон, пустырь с развалинами корпусов порохового погреба и конюшен времен Екатерины Великой.

Все изменилось, когда в конце 1897 года в Дмитрове появился Иван Миронович Галкин, сын крестьянина из села Вороново Дмитровского уезда.

С малолетства оказавшись в Москве, Галкин трудился подмастерьем на различных текстильных фабриках. Там, в фабричных литейных мастерских он получил первые навыки литейщика, затем несколько лет работал формовщиком на московском заводе "Общества механических заводов братьев Бромлей" (с 1922 года - завод "Красный пролетарий").

Именно в эти годы Галкину удалось каким-то образом сколотить первоначальный капитал, а также обзавестись определенными связями в среде московских купцов-старьевщиков.

Вернувшись в Дмитров, Иван Миронович сумел выхлопотать в Городской управе право на аренду заброшенного здания порохового погреба на вышеупомянутом пустыре, решив организовать там чугунолитейную мастерскую.

Оборудование для вагранки (чугуноплавильной печи) и вентилятор для дутья Галкин приобрел у своих знакомых московских старьевщиков. Вентилятор имел деревянный конный привод с такими же деревянными шестернями валом и шкивом.

Литейный цех располагался в низком кирпичном здании и освещался двумя керосиновыми лампами "Молния" по 30 свечей. Формовщиков насчитывалось девять человек при одном мастере, которые выполняли все работы: приготовляли землю, набивали ее в опоки, производили разъемку опок, кладку груза на опоки, осуществляли заливку жидкого металла в опоки и выбивку готового литья.

Формовочный грунт был местным, карьер находился рядом с заводом.

Чугун плавился в вагранках на коксе. Вагранку обслуживали двое рабочих. Все работы по приготовлению и загрузке шихты выполнялись вручную. За неимением копра чугун разбивали болванкой-матренкой.

При заливке жидкого чугуна пара рабочих разносили чугун в ковше весом 100-130 кг и разливали его в формы.

Однако сразу же возникли проблемы. А все из-за неуемной жадности хозяина завода. Желая извлекать максимальную прибыль из своего предприятия, он выгадывал каждую копейку на любых вложениях в производство и сырье. Так, стремясь сэкономить и на лошадях для привода вентилятора, Галкин пытался поначалу арендовать их задешево на живодерне дмитровского купца В.Н. Клятова. Но предназначенные на убой старые, больные клячи нормально вертеть приводное колесо не могли, в результате чего дутье было неравномерным и литье портилось. Тогда пришлось на привод поставить рабочих, а им в помощь хозяин за копейки нанимал босяков.

Кокс закупленный по дешевке в Москве в компании "Карл Беш", оказался настолько плох, что литье пришлось потом заново переливать уже на другом коксе более высокого качества.

Еще более прижимист Галкин был и по отношению к своим рабочим. Условия труда были тяжелыми, а оплата - от 60 коп. до 1.20 руб. за смену, продолжительность рабочего дня составляла 12 часов, отпусков не было. Деревянные опоки часто загорались, из-за отсутствия вентиляции в цеху скапливался дым, пар, держался удушливый запах гари. В результате рабочие угорали. Их просто выносили на улицу. Эксплуатировался вовсю и труд несовершеннолетних без соблюдения нормы рабочего дня. О социальном страховании рабочих, как и об оплачиваемых больничных листах, и речи быть не могло. Из-за этого, особенно в 1906 - 1907 гг., на заводе нередко происходили однодневные забастовки.

Однако, как ни ужимался Иван Миронович, повысить рентабельность, а главное, качество продукции без технического переоснащения производства было невозможно. Вскоре в Яхроме для этого дела нашелся компаньон, некто Костерев, слесарь-кустарь из деревни Ковшино. У него была самоточка и небольшой нефтяной двигатель. К литейному цеху сделали деревянную пристройку, куда компаньоны и поместили двигатель и самоточку. С новым приводом дела пошли куда как лучше.

Костерев оказался весьма полезным компаньоном: именно через него был налажен сбыт литья по всему Дмитровскому уезду. С этого момента завод обеспечивал чугунным литьем практическую всю местную промышленность: бумагопрядильную и ткацкую фабрику Товарищества Покровская мануфактура в Яхроме, Орудьевскую галунную мануфактуру Ижванова, фабрику Алексеевых, фабрику Сазоновых в Гришино, фарфоровый завод Кузнецова, Запрудненский стеклозавод, суконную фабрику братьев Немковых, Костинский пуговичный завод братьев Грибковых, обувную фабрику Столяровых и др. Основным же потребителем была Яхромская бумагопрядильная и ткацкая фабрика, куда ежедневно отправлялись две конных повозки с литьем, а обратно - с чугунным ломом. Особо сложные изделия, в особенности, по заказу братьев Грибковых Галкин, пользуясь своими связями, выполнял в Москве, а затем перепродавал их местным заказчикам с немалой для себя прибылью.

Но вскоре Галкина в очередной раз подвела его жадность и деловая нечистоплотность: Костерев, заподозрив, что компаньон его банально обсчитывает, разорвал с ним всяческие отношения и забрал с завода свои двигатель и самоточку.

Пришлось опять выкручиваться: сначала на деньги орудьевского фабриканта Ижванова был приобретен (опять-таки у старьевщиков) подержанный нефтяной двигатель. Но он оказался настолько изношенным, что работать было просто невозможно и его пришлось выбросить. Приобретенный вместо него такой же б/у вертикальный паровой котел с паровой машиной оказались из-за сильного износа также непригодными для работы.

Только с третьей попытки, опять не без помощи неизвестных компаньонов, Галкину удалось приобрести приличную паровую машину - локомобиль. И с этого момента дела окончательно пошли в гору.

Постоянные заказы поступали от Яхромской бумагопрядильной фабрики и фарфорового завода М. Кузнецова в Вербилках. С начала года и до торфяного сезона завод занимался изготовлением комплектующих для торфодобывающих и перерабатывающих машин. Летом выполнялись отливки для других фабрик. Осенью же отливались чугунные кладбищенские кресты и памятники.

К началу 1-й Мировой войны завод уже был полноценным предприятием, имевшим в составе литейный, токарный, слесарный, модельный, обрубочный и кузнечный цеха с числом рабочих от 35 до 50 человек.

В "Памятной книжке Московской губернии за 1914 г." значится: "чугунолитейный и механический завод Ивана Мироновича Галкина, заведует владелец. Рабочих мужчин - 11, женщин нет, существует с 1898 года". Расхождение реальных цифр с земской статистикой объясняется тем, что Галкин, подавая данные податному инспектору, попросту уклонялся от уплаты налогов, скрыв таким образом более двух десятков человек от налогообложения.

С началом 1-й Мировой войны дела у Галкина пошли еще лучше: завод получал многочисленные заказы от военного ведомства, в частности, на изготовление ряда деталей для знаменитого Царь-танка, который испытывался под Дмитровом вблизи села Орудьево.

Революция, НЭП и первые пятилетки

Все резко изменилось в 1917 году.

После Октябрьской революции вся власть перешла в руки советов рабочих и крестьян, и завод И.М. Галкина был национализирован и предан в распоряжение созданного в 1918 году местного Совета народного хозяйства.

Первым "красным директором" рабочими завода был избран член ВКП(б), бывший председатель уездного Военно-Революционного комитета Андрей Иванович Ржанов, который раньше работал на заводе мастером литейного цеха.

Поскольку здания завода были очень ветхими, токарный, слесарный и кузнечный цеха в 1919 году были переведены в пустующие помещения городских бань братьев Новоселовых, где они функционировали до начала 1923 года. Кроме того, к заводу была присоединена кустарная мастерская Мошкина с оборудованием. Часть оборудования и инструментов поступила с закрытой фабрики Ижванова в Орудьеве.

Вспомнили и о Царь-танке. Дело в том, что для его сборки в окрестностях села Очево в глухом лесу в условиях чрезвычайной секретности в начале 1915 года был организован небольшой сборочно-ремонтный завод со всем необходимым оборудованием. На первых же испытаниях Царь-танк намертво застрял в непролазной чаще и его, в конечном итоге, просто бросили. Решением Уездного исполкома завод со всеми его запасами болтов, гаек, слесарный инструмент, а также оборудование - шнеки, самоточки, сверлильные и строгальные станки - были переданы литейному заводу. 60 тонн металла от разобранного Царь-танка также привезли на завод. Этот металл пошел на изготовление плугов и борон, других сельхозорудий. Воистину, перекуем мечи на орала...

Завод поставлял литье местной промышленности, занимался ремонтом с/х орудий, а в 1920 году, когда для восстановления сельского хозяйства был объявлен месячник красного пахаря, завод осуществлял ремонт с/х орудий бесплатно.

С началом НЭПа в 1921 года завод был переведен на хозрасчет, при этом материалов не хватало и завод испытывал серьезные финансовые затруднения. Снабжение рабочих продовольствием было неудовлетворительным. Директору завода А.И. Ржанову чтобы выйти из такого положения пришлось организовывать настоящие бартерные схемы. Дело в том, что завод, поставляя свою продукцию на Вербилковский фарфоровый завод, оплату за нее получал не деньгами, а посудой. На городском рынке был открыт заводской магазин, в котором продавалась эта посуда, новые плуги и бороны, мелкое чугунное и медное литье. Таким образом удавалось добывать хоть какие-то денежные средства.

В 1922 году часть рабочих старших возрастов и бывшие кустари были сокращены. В результате на заводе осталось около 30 кадровых рабочих, которые продолжали трудиться на заводе, не считаясь со временем.

В 1923 году цеха завода были переведены из бывших городских бань в здание гребеночной фабрики, где вновь были организованы цеха: литейный, токарный и слесарный. Кузница на одно горно (кузнечный горн) помещалась отдельно в деревянном здании. В таком же отдельном деревянном здании находились модельная мастерская и контора. Тогда же завод стал именоваться как чугунолитейный и механический завод Дмитровского Уисполкома.

В начале 1925 года завод перешел в ведение организованного решением Уездного исплкома Дмитровского промторга, объединившего предприятия местной промышленности Дмитровского уезда.

До 1927 года завод четкой специализации не имел, вырабатывал чугунное и медное литье, выполнял токарные и механические работы, поставляя свою продукцию местной районной промышленности.

В 1927 году руководитель промторга С.А. Бекасов и директор завода А.И. Ржанов предприняли реконструкцию и расширение производства, для чего заводу было передано пустующее здание бывшего зернохранилища, расположенного на холме около Тихвинской церкви. Были организованы цеха: литейный с установкой вагранки мощностью плавки до 1 тонны чугуна и разливки в формы площадью до 100 кв. м, токарный и слесарный, а также машинное отделение с установкой дизельного двигателя, на валу которого генератор вырабатывал электроэнергию. В этом году на заводе числилось уже 69 рабочих и служащих.

В 1929 году в связи созданием Московского экономического округа завод из местной промышленности перешел в ведение Металлотреста Московского областного совета народного хозяйства (МОСНХ), объединявшего 10 предприятий и получил наименование "Дмитровский чугунно-меднолитейный и механиче-ский завод №4 Металлотреста МОСНХ".

Завод начал производить глиномялки, камнедробилки, мельничные поставы "Смычка", различное черное литье, а также выполнял механические работы.

В связи с резко возросшим объемом и номенклатуры выпускаемой продукции в том же году был построен кирпичный корпус для литейного цеха, где была установлена вагранка мощностью плавки до 1,5 тонны и площадью форм заливки до 300 кв. м. Освободившееся здание было передано под токарно-механический цех. Здание бывшей гребеночной фабрики было переоборудовано под слесарный цех, где также производилась сборка шлакодробилок.

В 1931 году завод передается в ведение треста "Государственный всесоюзный трест по производству машин и оборудования для стройиндустрии и промышленности строительных материалов (Главстроймашина) Главного управления среднего машиностроения Главного управления машиностроения и металлообработки ВСНХ СССР". Одновременно предприятие получает задание наладить выпуск цементных пушек.

В 1933 году Главстроймашина поручает Дмитровскому заводу освоить выпуск первого советского цепного траншейного экскаватора МК-I (ЭТ-251), предназначенного для отрытия траншей глубиной до 2,25 метров с целью прокладки водопроводов и канализационных систем. Он оборудовался десятью ковшами на цепном приводе и имел производительность 80 куб. м. Проектирование экскаватора началось в 1931 году во Всесоюзной проектно-технической конторой экскаваторостроения (ВТКЭ, она же "Проектэкскаватор"), выделенной в марте того же года из состава Ленинградского научно-исследовательского института машиностроения (ЛенНИИМаш). Проектирование было закончено в 1933 году, тогда же проект был передан на Дмитровский экскаваторный завод.

Инженерно-технический персонал и коллектив завода под руководством директора завода С.П. Русакова, главного конструктора М.Б. Арвана и главного технолога И.А. Руднева взялись за выполнение поставленной задачи. И уже в январе 1934 года первый экскаватор был готов.

Выпуск экскаваторов осуществлялся на основе широкой кооперации со смежными предприятиями. Так стальное литье поставлялось Ленинградским заводом "Ленметаллургстрой" и Костромским экскаваторным заводом "Рабочий металлист" Народного Комиссариата тяжелой промышленности, роликовые цепи - московский завод "Ракомза", двигатели - автомобильный завод имени Сталина (с 1956 г. - им. Лихачева) и т.д.

В рапорте завода в адрес Накромтяжпрома и Московского городского комитета ВКП(б) было сказано, что экскаватор был изготовлен в ходе социалистического соревнования, посвящённого XII съезду партии. Благодаря освоению производства этих экскаваторов СССР перестал зависеть от закупки аналогичной техники за рубежом.

В связи с переходом завода на серийный выпуск экскаваторов выпуск цементных пушек и шлакодробилок был прекращен.

В 1935 году для обеспечения сборки экскаваторов к зданию механического цеха была сооружена кирпичная пристройка площадью 300 кв. м, был построен новый инструментальный цех, число работающих на заводе достигло 500 человек.

В этом же году на Дмитровском экскаваторном заводе был создан специальный траншейный экскаватор МТТ, использовавшийся на строительстве трамвайных путей в Москве.

В 1938-1939 гг. Дмитровский завод приступил к выпуску цепного траншейного экскаватора МК-IV с максимальной глубиной копания 1,2 м., предназначенного для строительства линий связи. Опыт эксплуатации выявил недостаточную износоустойчивость ряда ответственных деталей, что приводило к частым и дорогостоящим ремонтам. Также незадолго до войны завод построил опытный образец роторного траншейного экскаватора КГ-65 с максимальной глубиной копания 1,5 м.

В период с 1932 по 1939 гг. завод несколько раз менял свою ведомственную принадлежность: в 1932 - 1933 гг. он находился в ведении Главного управления машиностроения и металлообработки Наркомата тяжелой промышленности СССР, в 1933 - 1934 гг. - Главного управления машиностроительной промышленности НКТП СССР, в 1934 - 1935 гг. - Главного управления машиностроительной промышленности НКТП СССР, в 1935 - 1937 гг. - Главного управления среднего машиностроения НКТП СССР.

22.08.1937 Народный Комиссариат машиностроения СССР выделен из НК тяжелой промышленности СССР, и в этом же году завод переходит в систему Главного управления среднего машиностроения Наркоммаша СССР.

05.02.1939 Народный Комиссариат машиностроения СССР разделен на НК общего машиностроения, НК среднего машиностроения, НК тяжелого машиностроения СССР, после чего Дмитровский экскаваторный завод передается в ведение Наркомата общего машиностроения СССР.

В 1940 году помимо выпуска экскаваторов завод приступает к выпуску спецпродукции, для чего слесарный цех в здании бывшей гребеночной фабрики был преобразован в спеццех. В этом же здании была оборудована рабочая столовая на 100 мест.

Если до 1935 года вывоз готовой продукции с завода осуществлялся гужевым транспортом, то с 1935 г. - уже автомобильным. С началом выпуска спецпродукции для ее вывоза была построена железнодорожная ветка.

Всего до Великой Отечественной войны в Советском Союзе было выпущено 525 траншейных экскаваторов, из них около 500 - на Дмитровском экскаваторном заводе.

Война и послевоенное развитие

С началом Великой Отечественной войны в июне 1941 года 10 сотрудников завода ушли добровольцами на фронт.

В октябре 1941 года, когда немецко-фашистские войска приблизились к Москве, завод со всем оборудованием и большей частью персонала был эвакуирован в Тюмень.

Оставшиеся в Дмитрове рабочие и служащие предприятия активно участвовали в обороне города от неприятеля: рыли траншеи, противотанковые рвы, сооружали инженерные заграждения.

В конце ноября 1941 года, когда немцы захватили Яхрому, исполняющий обязанности директора завода Н.Н. Аркадьев приказал взорвать трансформаторную подстанцию, вагранку в литейном цехе и котельную.

В декабре 41-го, когда враг был отброшен от Москвы, в сборочном цехе завода были организованы мастерские по ремонту тракторов и другой техники.

В 1942 году был восстановлен литейный цех и до самого конца войны завод работал на оборону, выпуская спецпродукцию, необходимую фронту. Причем в этот период на заводе наравне с мужчинами трудились и женщины, и подростки.

Во время войны траншейные экскаваторы в нашей стране почти не выпускались, лишь Дмитровский завод, эвакуированный в Тюмень, изготовил за период с 1942 по 1945 гг. девять экскаваторов МК-I.

В 1946 году в стране было выпущено всего два траншейных экскаватора, причем оба на Дмитровском экскаваторном заводе, находившемся еще в Тюмени.

В этом же году завод вернулся обратно в Дмитров.

Начался восстановительный период, в ходе которого к 1949 году был построен новый механосборочный цех площадью 6500 кв. м, восстановлены старые цеха, расширен литейный цех с установкой электрической сталеплавильной печи. Завозилось новое оборудование, новые кузнечный и термический цехи оснастились мощными пневматическими молотами, нагревательными печами, подъемными кранами, электрическими закалочными установками.

Началось изготовление оснастки, моделей и приспособлений для подготовки выпуска новой модели модернизированного экскаватора-канавокопателя МК-IМ для рытья траншей глубиной до 3,5 м, который после очередной модернизации получил индекс ЭТ-351.

В феврале 1947 года по приказу директора завода В.В. Тулаева для отгрузки двигателей для первых четырех экскаваторов на Алтайский тракторный завод отправился сотрудник ОТС завода И.Н. Кошехлебов. В апреле двигатели были отгружены и вскоре первые экскаваторы ЭТ-351 отправились потребителям. Этот экскаватор выпускался до 1951 года, когда ему на смену пришел более совершенный экскаватор ЭТН-352 с аналогичными рабочими характеристиками.

Помимо этой модели предприятие возобновляет выпуск экскаваторов КГ-65, а к концу 40-х годов на заводе было освоено производство цепного экскаватора ЭТ-251 для рытья канав с максимальным профилем 1,1х2,5 м. Машина с такими характеристиками на тот момент была наиболее востребована. Таким образом Дмитровский завод в первую послевоенную пятилетку стал основным производителем траншейных экскаваторов в СССР. Коллективу завода на протяжении этой пятилетки 18 раз присуждалось переходящее знамя Совета Министров СССР и ВЦСПС.

Кроме этого завод строит новую поликлинику, главный корпус городской больницы, а в урочище Таборы - новый жилой поселок для сотрудников завода на 3000 человек.

Однако, завод некоторое время находился на госдотации, так как себестоимость производства ЭТ-351 была выше утвержденной отпускной цены. На январь 1948 года это превышение составляло 100 тысяч рублей (в исчислении 1948 г.). В связи с этим было принято решение об ускоренном переводе цехов на хозрасчет.

Уже в 1948 - 1950 гг. было закончено строительство жилого поселка, были построены детский сад, детские ясли. Значительно улучшились материальные и бытовые условия сотрудников. Завод имел свой отдел рабочего снабжения (ОРС), подсобной хозяйство, в рабочей столовой было налажено качественное общественное питание.

В 1950 году за создание и промышленное освоение нового отечественного многоковшового экскаватора Сталинской премии 3-й степени была удостоена группа инженеров и конструкторов Дмитровского экскаваторного завода, среди которых: руководитель работы, главный конструктор Михаил Борисович Арван, инженеры Николай Васильевич Бутыхов, Александр Андреевич Тимофеев, Владимир Борисович Шофлер, Леонид Степанович Саичев и директор завода Валентин Владимирович Тулаев.

С начала 1950 годов завод освоил производство легкого траншейного экскаватора ЭТ-121, представлявшего собой навесной агрегат для трактора СХТЗ-НАТИ. Машина предназначалась для рытья траншей шириной 0,5 метров и глубиной 1,2 метра под силовые кабели и линии связи. Эта модель стала первым навесным траншейным экскаватором в СССР. В 1954 году на смену роторному экскаватору КГ-65 пришла более совершенная модель ЭТР-152.

В 1955 году экскаваторы ЭТ-251 и ЭТН-352 снимаются с производства, и со следующего года начинается серийный выпуск универсального траншейного экскаватора ЭТУ-353. Универсальным экскаватор назван потому, что он заменил оба типа экскаваторов, имел сменное оборудование для рытья траншей в мерзлых грунтах, а также оборудование для получения траншей со ступенчатыми стенками в неустойчивых грунтах. В 1954 году роторный экскаватор КГ-65 был заменен усовершенствованной машиной ЭТР-152, продержавшейся на конвейере совсем недолго, до 1956 года. А уже с 1957 года завод начинает производство мощного роторного траншейного экскаватора БТМ, смонтированного на базе артиллерийского тягача, именовавшегося "изделие 409У". 28-тонная машина отрывала траншеи глубиной до 1,5 м. Несмотря на немалый вес, машина развивала довольно высокую транспортную скорость - до 35,5 км/ч. Экскаваторы серии БТМ в разных модификациях выпускались вплоть до конца 70-х годов. Главным потребителем такой техники долгое время оставались Вооруженные силы.

В 1950-е годы выпуск продукции завода постоянно увеличился: так, с двух машин в 1946 году он возрос до 439 машин в 1956 году.

В связи с принятием 14 июля 1956 г. нового Закона о государственных пенсиях, который уже распространялся на рабочих и служащих, на заводе был издан приказ № 216П от 28 сентября 1956 года, согласно которому на заслуженный отдых отправились первые пенсионеры - старейшие работники завода: технолог Н.Н. Аркадьев (на заводе с 1908 г.), старший экономист И.Н. Коше-хлебов (на заводе с 1908 г.), токарь А.А. Толченов (на заводе с 1906 г.) и мастер М.Я. Савенко (на заводе с 1909 г.).

В том же 1956 году вышло Постановление Совета Министров СССР, согласно которому на заводе должно было начаться строительство цеха по выпуску запчастей с планируемым началом выпуска продукции в 1958 году. Но строительство цеха задержалось в связи с постоянными изменениями проекта нового сборочного цеха. Строительство сборочного цеха началось только в 1960-м и закончилось в 1965 году.

До конца 1950-х гг. Дмитровский экскаваторный завод оставался крупнейшим производителем траншейных экскаваторов в СССР, на его долю приходилось до 70 % всех выпускавшихся машин.

Однако в середине этого десятилетия, в связи с быстрым ростом мелиоративного строительства в СССР, производство траншейных экскаваторов было организовано на ряде других предприятий - Таллинском экскаваторном заводе, Брянском заводе дорожных машин и Брянском заводе ирригационных машин, а также на Мозырском заводе мелиоративных машин. В результате, несмотря на то, что темп производства на Дмитровском экскаваторном заводе практически не менялся, доля предприятия в общем объеме производства стала падать. Так, в 1975 году из выпущенных в СССР 3517 машин завод произвел лишь 17 % от общего количества траншейных экскаваторов, при том, что на долю Таллинского экскаваторного завода пришлось около 60 %.

В 1962 году на смену экскаватору ЭТУ-352 пришла модель ЭТУ-353, способная работать на мерзлых грунтах, а также отрывать траншеи со ступенчатыми стенками в неустойчивых грунтах. Затем был налажен выпуск ее модификации - ЭТУ-354А.

В 1963 году Дмитровский завод изготовил опытную партию роторных экскаваторов ЭТР-131 с прицепным рабочим органом к трактору Т-140 (прототип Т-180). Машина предназначалась для работы в комплекте кабелеукладочной техники.

В 1964 году экскаватор был усовершенствован, новая модель ЭТР-132 характеризовалась повышенной в 1,5 раза производительностью. Этот экскаватор выпускался заводом долгое время, проходя периодическую модернизацию.

В 1976 году на заводе начался выпуск гидравлического цепного траншейного экскаватора ЭТЦ-252, имеющего более высокую (в 1,8 раза) производительность. Базовой машиной для него стал трелевочный трактор ТТ-4.

В дальнейшем на базе того же трактора была выпущена модификация ЭТЦ-252А, а также роторный экскаватор ЭТР-134.

С 1975 года завод выпускал траншейную машину ТМК на шасси колесного тягача МАЗ-538 или КЗКТ-538 (ИТК), после модернизации получившую обозначение ТМК-2. Данная машина позволяла выполнять рытье траншей в грунтах до IV категории включительно, отрывать траншеи полного профиля глубиной 1,5 метра в талых грунтах со скоростью 700 метров в час, в мерзлых грунтах со скоростью 210 метров в час.

В 1978 году завод осваивает выпуск армейского экскаватора БТМ-4, созданного на базе тяжелого многоцелевого транспортера-тягача МТ-Т и предназначенного для отрывки траншей и ходов сообщения.

В 1982 году было начато производство экскаватора-кюветокопателя ЭТЦ-151, являвшегося модификацией экскаватора ЭТЦ-252А и предназначавшегося для отрытия каналов и кюветов трапециевидного профиля.

Перестройка и постсоветское лихолетье

С началом перестройки второй половины 80-х гг., и особенно в постсоветский период для завода наступили нелегкие времена. Связано это было не только с обвальным сокращением финансирования и общего падения производства в стране, но и возникшей в результате бесконечных реформ и реорганизаций ведомственной неразберихой, почти постоянно сопровождаемой сменой руководства предприятия. Нормально функционировать и развиваться в таких условиях заводу стало крайне затруднительно.

Обратимся к истории этих ведомственных преобразований.

После окончания Великой Отечественной войны Дмитровский экскаваторный завод входил в структуру Народного комиссариата строительного и дорожного машиностроения (сокр. Наркомстройдормаш), созданного 17 февраля 1946 года с учетом громадного объема восстановительных работ и острой потребности в строительной технике, необходимости организации ее широкомасштабного производства, а также дальнейшего развития строительной индустрии.

15 марта 1946 года Народный Комиссариат был преобразован в Министерство Строительного и дорожного машиностроения (сокр. МСДМ СССР, сокр. МСиДМ СССР или сокр. Минстройдормаш СССР).

В состав нового ведомства в 1946 году вошли около 200 заводов Советского Союза, в том числе и Дмитровский экскаваторный завод, как одно из предприятий Главного управления по производству экскаваторов и кранов (Главэкскаватор).

10 мая 1957 года Министерство Строительного и дорожного Машиностроения было упразднено.

В период с 1963 по 1965 годы при Госстрое СССР существовал Государственный комитет строительного, дорожного и коммунального машиностроения.

2 октября 1965 года, Министерство было восстановлено под новым названием: Министерство строительного, дорожного и коммунального машиностроения СССР и просуществовало более 20 лет. Все это время Дмитровский экскаваторный завод находился в системе этого министерства.

В 1988 году ведомство было ликвидировано. 27 июня 1989 года предприятия, входившие в Министерство были объединены с Министерством машиностроения СССР, Министерством химического и нефтяного машиностроения СССР и Министерством тяжелого, энергетического и транспортного машиностроения СССР в одно - Министерство тяжелого машиностроения СССР.

В ноябре 1990 года по инициативе Минтяжмаша и трудовых коллективов предприятий, объединений и организаций этого министерства были образованы открытые концерны: строительного и дорожного машиностроения и строительного инструмента.

После распада СССР и образования Российской Федерации, Главспецстрой РСФСР сменил название на Главное управление специального строительства Российской Федерации (Главспецстрой России), но уже 30 сентября 1992 года Указом Президента России Главспецстрой России преобразуется в Федеральное управление специального строительства при Правительстве Российской Федерации (ФУСС России).

16 июля 1997 года на основе ФУСС России, ФСУ "Дальспецстрой" при Госстрое России, а также Главного военного эксплуатационно-восстановительного управления Госкомсвязи России и Центрального управления военно-строительных частей при Минатоме России была образована Федеральная служба специального строительства России (Росспецстрой), объединившая вышеназванные организации, включая все воинские формирования, входящие в их состав.

30 апреля 1998 года, в связи с формированием новой структуры федеральных органов исполнительной власти, Росспецстрой упраздняется в соответствии с Указом Президента России, а подчиненные ему воинские формирования передаются в состав ФАПСИ и Минобороны России.

Менее чем через год, 4 февраля 1999 года Указом Президента Российской Федерации № 174 при Государственном комитете Российской Федерации по строительной, архитектурной и жилищной политике (Госстрое России) вновь воссоздается структура для ведения деятельности в сфере специального строительства - Федеральное управление специального строительства при Госстрое России (ФУСС "Спецстрой России"). Этим же Указом в его состав возвращены все воинские формирования, ранее переданные в ФАПСИ и Минобороны России при расформировании Росспецстроя.

Через полгода, 27 августа 1999 года ФУСС "Спецстрой России" вновь подвергается преобразованию, становясь федеральным органом исполнительной власти, подчиненным непосредственно Правительству России - Федеральной службой специального строительства при Правительстве Российской Федерации (Спецстроем России). Через год вновь образованную федеральную службу переподчиняют непосредственно Президенту России - теперь это Федеральная служба специального строительства Российской Федерации (Спецстрой России).

9 марта 2004 года Федеральная служба специального строительства Российской Федерации была переименована в Федеральное агентство специального строительства (Спецстрой России).

В ноябре 2016 годы было принято решение упразднить Спецстрой России, а его функции передать Минобороны России. 29 декабря 2016 года Президент Российской Федерации подписал Указ № 727 "Об упразднении Федерального агентства специального строительства", согласно которому до 1 июля 2017 года Спецстрой России прекращает свою самостоятельную деятельность. Функции Спецстроя России, а также все инженерно-технические и дорожно-строительные воинские формирования, входящие в его состав, передаются Министерству обороны Российской Федерации, в структуры Военно-строительного комплекса Вооруженных Сил Российской Федерации.

Таким образом, после бесконечных переходов “из рук в руки” Дмитровский экскаваторный завод превратился, в конечном итоге, в филиал Федерального государственного унитарного предприятия "Главное военно-строительное управление № 12".

К нынешнему времени выпуск траншейных экскаваторов в нашей стране по сравнению с советским периодом сократился более чем в 10 раз. Сократилось и производителей: ряд крупных специализированных предприятий попросту свернули производство, а некоторые и вовсе прекратили свое существование.

Действующие предприятия производят, в основном, навесные цепные агрегаты, устанавливаемые на базовые колесные и гусеничные тракторы. В числе этих предприятий и Дмитровский экскаваторный завод.

Основной продукцией завода продолжают оставаться экскаваторы. Предприятие производит навесной цепной траншейный экскаватор ЭТЦ-1609 на базе пневмоколесного трактора МТЗ-82 (аналогичный по характеристикам модели ЭТЦ-165А). Выпускается модификация этого экскаватора, оснащаемая узким баровым рабочим органом для работы с мерзлыми грунтами. Выпускаются также навесные цепные траншейные экскаваторы на базе пневмоколесного трактора МТЗ-1221 (ЭТЦ-201 и модификации) и гусеничного трактора ДТ-75 (ЭТЦ-205 и модификации). Для цепных экскаваторов производятся сменные цепи.

Кроме экскаваторов, предприятие производит навесные дорожные фрезы, навесные катки, экскаваторы поперечного копания, дизель-гидравлические станции, вибропогружатели, фильтры.

 


  • Библиография:

    [Зюзин, А. Н.] Дмитровский экскаваторный завод [Электронный ресурс] : крат. очерк истории предприятия / [Зюзин А. Н.]. – Дмитров, 2017. – Режим доступа : http://62.122.96.22/digital_fond_kray/2017/dmitrovskii-ekskovatornii-zavod/dmitrovskij-ekskavatornyj-zavod.pdf. – Загл. с экрана.

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.